RU2746012C2 - Антидепрессантное средство для коррекции нежелательных побочных эффектов нейролептиков - Google Patents

Abstract

Изобретение относится к применению антидепрессантного средства, представляющего собой 9-[2-(4-изопропилфенокси)этил]аденин формулыдля коррекции нежелательных побочных эффектов нейролептиков на примере резерпина, которое при сочетанном применении с резерпином не подавляет нейролептический эффект последнего и не усиливает его побочные эффекты в виде лекарственного паркинсонизма и когнитивных нарушений, сохраняя в данной комбинации собственный выраженный антидепрессивный эффект. 14 табл., 4 пр.

Description

Изобретение относится к области медицины, в частности к производному аденина, обладающему антидепрессантным действием, которое проявляет выраженную антидепрессантную активность при одновременном применении с нейролептиками и не влияет на выраженность их специфического нейролептического действия, а также не усиливает их побочные эффекты в виде лекарственного паркинсонизма и когнитивных нарушений. Предлагаемое средство может быть использовано для лечения психических патологий, клиническая картина которых сочетает продуктивную симптоматику и депрессивные расстройства и требует одновременного назначения антидепрессантов и нейролептиков, а также для коррекции депрессивной симптоматики, связанной с применением нейролептиков.

В клинике аффективных расстройств достаточно часто (порядка в 20% случаев) требуется комбинированное устранение продуктивной симптоматики и депрессивных явлений, то есть совместное применение нейролептиков и антидепрессантов. Комбинированное назначение препаратов этих двух групп зачастую требуется для терапии бредовых депрессий, шизофрении, шизоаффективных расстройств, однако эффективность и безопасность их сочетанного применения остаются дискутабельными, так как между препаратами этих групп установлено выраженное фармакокинетическое взаимодействие. В первую очередь, такое взаимодействие связано с выраженной способностью большинства антидепрессантов и нейролептиков блокировать активность микросомальных ферментов печени (систему цитохрома Р450), результатом чего является замедление биотрансформации препаратов и повышение их концентрации в плазме крови вплоть до токсической и как следствие к появлению токсических реакций. Кроме того, на этапе распределения в организме антидепрессанты и нейролептики могут взаимодействовать при связывании с белками, конкурентное взаимодействие в отношении точек связывания приводит к повышению свободной фракции препарата, обладающего меньшим аффинитетом, и как следствие к усилению побочных реакций. Особенно важно учитывать этот эффект при использовании препаратов, интенсивно связывающихся с белками (трициклические антидепрессанты, нефазодон, ребоксетин). Такие нейролептики, как флуфеназин, аминазин и галоперидол, способны вытеснять антидепрессанты из комплекса с белками. Существенным аспектом такого взаимодействия является то, что повышение концентрации препаратов при их взаимодействии не обеспечивает пропорционального усиления терапевтического эффекта, напротив, повышается риск развития побочных эффектов.

Процессы фармакодинамического взаимодействия антидепрессантов и нейролептиков изучены в меньшей степени, чем фармакокинетического. Влияние антидепрессантов и нейролептиков на катехоламинергическую, дофаминергическую и серотонинергическую системы противоположны: нейролептики снижают активность дофаминергической системы за счет блокады пре- и постсинаптических дофаминергических (D2) или постсинаптических серотонинергических (5-НТ2) рецепторов, а антидепрессанты, напротив, усиливают серотонинергическую, норадренергическую и дофаминергическую нейропередачу. Некоторые авторы полагают, что блокада обратного захвата дофамина антидепрессантами может приводить к снижению эффективности нейролептиков, усилению психотической симптоматики, но при этом и к уменьшению проявлений лекарственного паркинсонизма. С другой стороны, нейролептики могут вызывать или усугублять целый ряд симптомов, характерных для депрессивных состояний (моторная заторможенность, снижение энергии, ангедония). Фармакодинамическое взаимодействие может осуществляться и на уровне блокады периферических рецепторов, что определяет в некоторых случаях потенцирование их побочных эффектов, например, холинолитических или седативных [Андрусенко М.П., Морозова М.А. Комбинированное использование антидепрессантов и нейролептиков при аффективных расстройствах и шизофрении: показания к назначению, побочные эффекты и осложнения // Психиатрия и психофармакотерапия. - 2001. - №1. - С. 4-9].

В литературе имеется много сообщений о развитии серьезных осложнений при одновременном назначении селективных ингибиторов обратного захвата серотонина и нейролептиков. Так, при добавлении флуоксетина к таким нейролептикам, как флуфеназин и галоперидол, описаны случаи тяжелых экстрапирамидных реакций (дистония, дискинезия, паркинсонизм, акатизия), злокачественного нейролептического синдрома. При назначении флуоксетина с пимозидом описаны случаи острой спутанности сознания, брадикардии, дневной сонливости, а с рисперидоном - поздней дискинезии и гинекомастии. Имеются наблюдения развития припадков при назначении флувоксамина с левомепромазином. В другом исследовании также показано, что присоединение к антидепрессантам группы СИОЗС (прозак, стимулатон) антипсихотиков (зипрекса, солиан) усиливает количество нежелательных явлений как серьезных, так и не требующих отмены препаратов [Дьяконов А.Л., Лобанова И.В. Сравнительное изучение эффективности сочетаний антидепрессантов группы СИОЗС и антипсихотических средств при терапии рекуррентного депрессивного расстройства // Журн. неврологии и психиатрии им. С.С. Корсакова. - 2012. - Т. 112. - №11. - Вып. 2. - С. 61-66].

Таким образом, актуальны поиск и разработка средств с антидепрессивным действием, которые при комбинированном применении с нейролептиками не влияли бы на их специфическое нейролептическое действие и не усиливали их побочных эффектов, проявляя при этом собственную выраженную антидепрессантную активность.

Целью изобретения является разработка нового психотропного средства с антидепрессантным действием, которое при сочетанном применении с нейролептиками не подавляет нейролептический эффект последних и не усиливает их побочные эффекты в виде лекарственного паркинсонизма и когнитивных нарушений, сохраняя в данной комбинации собственный выраженный антидепрессивный эффект.

Сущность изобретения заключается в использовании 9-[2-(4-изопропилфенокси)этил]аденина формулы

в качестве средства с антидепрессантным действием, которое при сочетанном применении с нейролептиками не подавляет нейролептический эффект последних и не усиливает их побочные эффекты в виде лекарственного паркинсонизма и когнитивных нарушений, сохраняя в данной комбинации собственный выраженный антидепрессивный эффект.

9-[2-(4-Изопропилфенокси)этил]аденин (рабочее наименование адепрофен) является производным пурина, у которого ранее выявлена высокая противовирусная активность в отношении цитомегаловируса человека in vitro [Патент России №2233842 (2003) // Петров В.И., Озеров А.А., Новиков М.С., Покровский В.И., Покровский В.В., Де Клерк Э., Бальзарини Я. Производные пурина, обладающие противовирусной активностью (МПК C07D 473/34, A61K 31/52, А61Р 31/12)]. При проведении доклинических исследований данного соединения с целью создания на его основе противовирусного лекарственного средства была выявлена выраженная антидепрессантная активность и противострессорное действие [Патент России №2529817 С1 (2013) // Петров В.И., Тюренков И.Н., Озеров А.А. 9-[2-(4-Изопропилфенокси)этил]аденин, обладающий антидепрессантным и противострессорным действием (МПК A61K 31/52, А61Р 25/24)].

Для изучения возможности сочетанного применения 9-[2-(4-изопропилфенокси)этил]аденина с нейролептиками использовали модель депрессивноподобного состояния у крыс, вызванного введением средства с нейролептическим действием - резерпина [Андреева Н.И. Методические указания по изучению антидепрессантной активности фармакологических веществ // Руководство по экспериментальному (доклиническому) изучению новых фармакологических веществ. - М.: ИИА «Ремедиум», 2000. - С. 121-126.].

Резерпин - индольный алкалоид, выделенный из растения Rauvolfia serpentine, симпатолитик: в пресинаптических окончаниях постганглионарных волокон симпатического отдела вегетативной нервной системы стимулирует высвобождение из везикул норадреналина с одновременным нарушением его транспорта, что быстро истощает запасы медиатора. Оказывает аналогичное действие в нейронах головного мозга, способствуя снижению содержания в них дофамина, серотонина и других нейромедиаторов и обусловливая развитие нейролептического эффекта. Оказывает депрессивное действие на ЦНС животных, вызывая уменьшение двигательной активности, кататонию, гипотермию, блефароптоз, угнетение процессов выработки условных рефлексов, возникновение высокоамплитудной активности на ЭЭГ. Для моделирования депрессии резерпин вводился крысам внутрибрюшинно однократно в дозе 4 мг/кг, что обеспечивает развитие стойкого депрессивного состояния, а также вегетативных нарушений. Введение антидепрессантов уменьшает выраженность поведенческих нарушений, вызванных резерпином.

Для оценки проявлений общесоматического и эмоционального статуса, когнитивных функций и вегетативных нарушений у животных использованы методы:

I. Оценка общесоматического статуса животных.

1. Изучение динамики массы тела.

2. Наблюдение за поведением животных в домашней клетке с оценкой реакции на тактильные, болевые, звуковые раздражители.

3. Определение порога болевой чувствительности - методика раздражения лап животных электрическим током [Гузеватых Л.С., Валуйских Д.В., Воронина Т.А., Емельянова Т.Г., Андреева Л.А., Алфеева Л.Ю., Середенин С.Б., Мясоедов Н.Ф. Анальгетическая активность дерморфина и его пролиновых аналогов // Эксперим. и клинич. фармакология. - 2005. - Т. 68. - №2. - С. 8-10].

II. Оценка эмоционального статуса.

1. Тест принудительного неизбегаемого плавания по Порсольту [Андреева Н.И. Методические указания по изучению антидепрессантной активности фармакологических веществ // Руководство по экспериментальному (доклиническому) изучению новых фармакологических веществ. - М.: ИИА «Ремедиум», 2005. - С. 121-126].

2. Тест потребления/предпочтения раствора сахарозы [Саркисова К.Ю., Фоломкина А.А. Влияние селективного ингибитора обратного захвата серотонина флуоксетина на симптомы депрессивноподобного поведения у крыс линии WAG/RIJ // Журн. высш. нервн. деятельн. - 2010. - Т. 60. - №1. - С. 98-108],

3. Тест «Открытое поле» (ОП) [Воронина Т.А., Середин Т.А. Методические указания по изучению транквилизирующего (анксиолитического) действия фармакологических веществ. // Руководство по экспериментальному (доклиническому) изучению новых фармакологических веществ. - М.: ИИА «Ремедиум», 2000. - С. 126-130].

4. Тест «Приподнятый крестообразный лабиринт» (ПКЛ) [Воронина Т.А., Середин Т.А. Методические указания по изучению транквилизирующего (анксиолитического) действия фармакологических веществ. // Руководство по экспериментальному (доклиническому) изучению новых фармакологических веществ. - М.: ИИА «Ремедиум», 2000. - С. 126-130].

5. Тест определения порога спровоцированной немотивированной агрессии [Козловский В.Л., Прахье И.В. Влияние блокаторов кальциевых каналов на эффекты антидепрессантов // Эксперим. и клинич. фармакология. - 1996. - Т. 59. - №5. - С. 9-11].

III. Оценка когнитивных функций.

1. Тест «условная реакция пассивного избегания» (УРПИ) [Воронина Т.А., Островская Р.У. Методические указания по изучению ноотропной активности фармакологических веществ. // Руководство по экспериментальному (доклиническому) изучению новых фармакологических веществ / под общ. ред. Р.У. Хабриева. - 2-изд., перераб. и доп. - М.: ОАО «Издательство «Медицина», 2005. - С. 295-308].

2. Тест «экстраполяционного избавления» (ТЭИ) [Воронина Т.А., Островская Р.У. Методические указания по изучению ноотропной активности фармакологических веществ. // Руководство по экспериментальному (доклиническому) изучению новых фармакологических веществ / под общ. ред. Р.У. Хабриева. - 2-изд., перераб. и доп. - М.: ОАО «Издательство «Медицина», 2005. - С. 295-308].

IV. Оценка вегетативных нарушений.

1. Птоз регистрируется в баллах по величине глазной щели: 3 - полное закрытие глаз, 2 - щель до 1 мм, 1 - щель до 2 мм, 0 - глаза полностью открыты. [Воронина Т.А., Вальдман Е.А., Неробкова Л.Н. Методические указания по изучению антипаркинсонической активности фармакологических веществ // Руководство по экспериментальному (доклиническому) изучению новых фармакологических веществ. - М.: ИИА «Ремедиум», 2000. - С. 126-130.]

2. Саливацию оценивается в баллах по размеру мокрого пятна на шее: 3 - до 2 см, 2 - до 1 см, 1 - до 0,5 см, 0 - отсутствие эффекта.

3. Регистрируется наличие диареи.

Исследуемое соединение и препараты сравнения вводили животным на фоне уже развившихся эффектов резерпина: через 24 ч после его введения, с последующей оценкой поведенческих нарушений у животных в психофармакологических тестах, которые выполняли через 45 мин после введения тестируемого соединения и препаратов сравнения. Далее введение изучаемого соединения и препаратов сравнения продолжено 7-дневным лечебным курсом - ежедневно однократно в одно и то же время. По окончании лечебного курсового введения веществ выполнена повторная оценка поведения животных с использованием психофармакологических тестов, которые выполняли через 45 мин после последнего введения изучаемого соединения и препаратов сравнения.

Исследование выполнено в соответствии с требованиями Межгосударственного стандарта ГОСТ 33044-2014 «Правила надлежащей лабораторной практики», Приказа Минздрава России от 01.04.2016 №199н «Об утверждении Правил надлежащей лабораторной практики», а также Директивы 2010/63/EU Европейского Парламента и Совета Европейского Союза от 22.09.2010 г. по охране животных, используемых в научных целях.

Эксперименты проводили на 64 белых беспородных крысах самцах (120 самцов) исходной массы 180-220 г (3,5-4-хмесячного возраста), полученных из Филиала РАМН «Научный центр биомедицинских технологий, питомник «Столбовая». В исследование взяты самцы крыс, с целью исключения возможного влияния на поведенческие показатели ежемесячных флуктуаций гормонального статуса во время эстрального цикла у самок. Каждая экспериментальная группа включала 6 животных.

Все поведенческие тесты на животных во избежание влияния на ход исследования циркадных биоритмов проводили в один и тот же интервал времени между 10 и 17 часами. При выполнении поведенческих тестов животные из каждой группы последовательно включались в эксперимент начиная с животных №1 из каждой группы, затем животные №2 из каждой группы и так далее, в аналогичном порядке выполнялось введение веществ.

Для проведения исследования использованы следующие реактивы: резерпин (Fluka, Сигма-Алдрич Рус); вода дистиллированная (приготовлена в НИИ фармакологии Волгоградского государственного медицинского университета с использованием аквадистиллятора ДЭ-4-2, №24994 (ОАО «Медоборудование», Саранск, Россия); сахар-песок (РУСАГРО, Россия) ГОСТ 21-94; крахмал картофельный ГОСТ 7699-78, высший сорт (ООО «Чувашъенкрахмал», Чебоксары, Россия).

В исследовании использованы следующие препараты сравнения: трициклические антидепрессанты (ТЦА) - амитриптилин (р-р для в/в и в/м введения 10 мг/мл по 2 мл №10; ФГУП «Московский эндокринный завод», Москва, Россия), имипрамин (мелипрамин, р-р для в/м введения 25 мг/2 мл №10; ОАО Фармацевтический завод ЭГИС, Будапешт, Венгрия); ингибиторы обратного захвата серотонина (СИОЗС) - сертралин (стимулотон, таб., покрытые пленочной оболочкой 100 мг №14; ОАО Фармацевтический завод ЭГИС, Будапешт, Венгрия), пароксетин (паксил, табл., покрытые оболочкой 20 мг №30; Эс.Си. Еврофарм Эс.А., Брашов, Румыния; GlaxoSmithKline), флуоксетин (флуоксетин-канон, капсулы 20 мг №30; ЗАО «Канонфарма продакшн», Щелково, Московская обл., Россия); ингибитор обратного захвата серотонина и норадреналина (СИОЗСН) - венлафаксин (велаксин, таб. 75 мг №28; ОАО Фармацевтический завод ЭГИС, Будапешт, Венгрия).

В исследовании использованы следующие приборы и материалы: весы электронные (ЗАО «Юстир», Россия); весы аналитические OHAUS PIONEER РА64С (Ohaus Corp. Pine Brook, NJ USA, China); мешалка лабораторная ММЗМ №3307 (Завод комплектных лабораторий, Россия); установки для выполнения тестов «Открытое поле», «Тест экстраполяционного избавления», «Приподнятый крестообразный лабиринт», «Тест Порсолта» (ООО «Открытая Наука», Москва, Россия); зонды для внутрижелудочного введения веществ мышам и крысам (ООО «Открытая Наука», Москва, Россия); секундомеры электронные KADIO KD-617A QUARTZ TIMER (China); стерильные одноразовые пластиковые шприцы объемом 1,0 и 3,0 мл (SFM Hospital Products GmbH, GERMANY); перчатки латексные (ООО «Фарм-Глобал», г. Москва, Россия); маркеры перманентные свето- и водостойкие цветные (CENTROPEN, Czech Republic).

Статистическая обработка результатов исследования выполнена с помощью следующих пакетов программ: Microsoft Office Excel 2007, (Microsoft, США) и Statistica 6,0 (StatSoft, Inc., США), BioStat 2008 Professional 5.1.3.1. В зависимости от характера данных использованы непараметрический U-критерий Манна-Уитни, критерий Хи квадрат, метод рангового однофакторного анализа Краскела-Уоллиса, критерий Ньюмена-Кейлса для множественных сравнений. Статистически значимыми расценивали эффекты при р<0,05.

Следующие примеры иллюстрируют сущность изобретения.

Пример 1. Оценка влияния адепрофена и препаратов сравнения на общесоматический статус животных, подвергшихся введению резерпина.

В течение всего времени наблюдения фиксировали динамику изменения массы тела у животных опытных и контрольных групп, путем ежедневного взвешивания на электронных весах в одно и то же время - непосредственно перед введением изучаемых соединений. Затем рассчитывали средние показатели массы тела животных по группам.

Кроме того, ежедневно учитывали визуально фиксируемые показатели общесоматического статуса животных:

1. Общее состояние, внешний вид (состояние слизистых оболочек - окраска, отечность, наличие и характер выделений; состояние шерстяного покрова - шерсть взъерошена или гладкая, блестящая или тусклая); поведение животных в домашней клетке (активность, наличие агрессивных атак, наличие ауто- и алло-груминга).

2. Нервно-мышечная возбудимость: реакция на внешние раздражители - звуковые (постукивание по клетке), тактильные (прикосновение), болевые (сдавление кончика хвоста).

3. Функциональное состояние вегетативной нервной системы: птозы, особенности уринации и дефекации, саливация.

4. Оценка порога болевой чувствительности у животных.

Результаты оценки общесоматического статуса у животных с «резерпиновой депрессией».

Через 24 ч после введения резерпина у всех животных, получавших его, отмечалось ухудшение общего состояния, которое выражалось в развитии выраженных вегетативных нарушений, а также в снижении поведенческой активности, вялости и заторможенности. У всех животных через 24 ч после введения резерпина отмечалось уменьшение числа актов груминга, что сопровождалось снижением опрятности, шерсть животных была грязной, особенно в области гениталий и ануса, что связано с развитием диареи и усиленного мочеиспускания. Для всех животных была характерна олигокинезия, у некоторых крыс отмечался периодический генерализованный мелкоамплитудный тремор всего тела. Помимо этого, у всех животных, получивших резерпин, снижалась чувствительность к звуковым, тактильным и болевым раздражителям, по сравнению с группой контрольных интактных животных. Так, интактные контрольные крысы при приближении экспериментаторов проявляли беспокойство - активно перемещались по домашней клетке, часто демонстрировали вертикальные стойки и акты кратковременного (менее 3 с) груминга, характеризующего поведение настороженности и тревоги. Все перечисленные поведенческие элементы у крыс, подвергшихся введению резерпина, были подавлены - животные были равнодушны к хэндлингу, при проверке болевой чувствительности большинство крыс на сдавление кончика хвоста реагировали вздрагиванием, в отличие от интактных контрольных - которые демонстрировали вокализацию и побежку.

Перечисленные явления: вялость, заторможенность, снижение поведенческой активности и эмоционального реагирования, уменьшение чувствительности к внешним раздражителям (звуковым, тактильным, болевым), а также дискинезии, зарегистрированные у животных через 24 ч после введения резерпина, являются следствием нейролептического действия последнего. В целом, общее состояние у животных, получивших однократно резерпин в дозе 4 мг/кг можно оценить, как состояние средней тяжести.

При дальнейшем наблюдении у животных всех опытных групп, по мере увеличения продолжительности лечебного введения антидепрессантов (как трициклических, так и ингибиторов обратного захвата серотонина) общее состояние прогрессивно ухудшалось. Уже с 4-го дня лечебного введения всех изученных антидепрессантов состояние животных можно было охарактеризовать как тяжелое. У животных всех опытных групп, получавших антидепрессанты, нарастали вялость и заторможенность, снижался уровень реагирования на внешние раздражители, прогрессировали симптомы дискинезии с развитием паркинсонического синдрома. Дискинетические проявления у животных характеризовались наличием олигокинезии, про- и ретропульсивных движений. Возрастала выраженность тремора, который к 7-му дню введения антидепрессантов из группы препаратов сравнения практически у всех животных становился постоянным, а у животных, получавших имипрамин, амитриптилин, флуоксетин и пароксетин приобретал характер крупноамплитудного. Помимо перечисленного, у крыс всех опытных групп нарастала ригидность мышц, проявлявшаяся, в первую очередь в «симптоме горбатости» (животные приобретали сгорбленный вид за счет ригидности мышц туловища), который количественно выражался в уменьшении длины тела от шеи до основания хвоста (по сравнению с интактными контрольным крысами) в среднем на 3 см и более - т.е. на 2 балла. Животные приобретали способность длительное время сохранять искусственно приданную им позу, что является следствием развития каталепсии (табл. 1). Каталепсию оценивали у животных на 7 день введения веществ количественным методом: регистрировали время удержания передних лап на перекладине высотой 10 см при трех постановках в искусственную позу в течение 1 минуты (попытки придать искусственную позу животному повторяли не более трех раз). Статистически значимо увеличивали каталептогенный эффект резерпина имипрамин и, в меньшей степени, пароксетин, флуоксетин, амитриптилин, остальные препараты сравнения проявили тенденцию к усилению данного эффекта резерпина.

Такое нарастание выраженности нейролептического эффекта резерпина (вялость, заторможенность, уменьшение уровня реагирования на внешние раздражители), а также его побочного действия в виде лекарственного паркинсонизма (дискинезии, тремор, ригидность мышц, каталепсия), на фоне курсового лечебного введения антидепрессантов крысам, получившим резерпин, характеризует наличие лекарственного взаимодействия между данными препаратами и может быть результатом как фармакокинетического, так и фармакодинамического взаимодействия.

Интактные контрольные крысы на протяжении всей экспериментальной серии с моделированием «резерпиновой депрессии» сохраняли удовлетворительное состояние, нормальную поведенческую активность и адекватную реакцию на внешние раздражители. Внешний вид животных данной группы был опрятным, у них была сохранной мотивация к поведению умывания и чистки (грумингу), характер и частота уринаций и дефекаций были без особенностей.

У животных группы «Контроль + депрессия», которые получили однократно резерпин в дозе 4 мг/кг, а также у животных, получавших в течение 7 дней после введения резерпина адепрофен, на протяжении всего исследования сохранялось состояние средней тяжести, к 7-му дню - ближе к удовлетворительному. У них не отмечалось нарастания вялости, заторможенности, дискинетических явлений, умеренно была выражена ригидность мышц («симптом горбатости» по выраженности соответствовал 1 баллу и отмечался у 4 животных из 6 в группе «Контроль + депрессия» и у 2 животных из 6 в группе введения адепрофена). У животных данных групп проявилась тенденция к редукции перечисленных явлений к 7-му дню исследования: симптомы сохранялись, но были менее выражены, чем в первые дни исследования. Кроме того, у животных, которым вводили адепрофен, в отличие от получавших антидепрессанты препараты сравнения, каталепсии не выявлено.

Динамика массы тела животных коррелировала с тяжестью их состояния (табл. 2). Через 24 ч после введения резерпина у всех опытных животных отмечалось падение массы тела в среднем на 6-7% от исходных значений, что было обусловлено выраженной диареей и усиленным мочеиспусканием. Максимальное падение массы тела у животных, группы «Контроль + депрессия» отмечалось на пятый день после введения резерпина - на 16,4% от исходной, затем отмечался рост данного показателя. У нескольких опытных групп животных масса тела прогрессивно уменьшалась вплоть до окончания исследования и на 7 день введения в группе введения имипрамина уменьшилась на 25,0% от исходного значения показателя, амитриптилина - на 22,4%, пароксетина - на 18,3% и флуоксетина - на 17,6%. У животных, получавших курсом сертралин и венлафаксин максимальное снижение массы тела отмечалось на 3-4 день лечения, у крыс из данных групп масса уменьшилась на 7,9% и 15,8% соответственно по сравнению с исходными данными. При дальнейшем наблюдении масса тела у животных из данных групп постепенно восстанавливалась, однако не достигала исходных значений.

У интактных контрольных крыс масса тела также имела тенденцию к уменьшению в первые четыре дня исследования, что может быть результатом стрессирующего воздействия ежедневных манипуляций: взвешивание, интрагастральное введение крахмальной слизи и так далее. Затем, начиная с четвертого дня, интактные контрольные крысы начинали набирать массу вследствие постепенной адаптации к экспериментальным манипуляциям.

У животных, получавших адепрофен, наиболее выраженное уменьшение массы тела зарегистрировано на второй день введения - на 6,3% от исходных значений, при последующих взвешиваниях масса тела у животных данной группы стабилизировалась, а начиная с пятого дня лечения проявляла тенденцию к росту. Таким образом, из всех групп, которым изучаемые соединения вводились лечебным курсом, наименьшее падение массы отмечено у животных, которым вводили адепрофен.

В тесте «раздражения лап животных электрическим током до вокализации» подтвердилось снижение болевой чувствительности у животных, подвергшихся введению резерпина (табл. 3). У животных всех опытных групп при первом выполнении данного теста порог болевой чувствительности был статистически значимо выше, чем у животных группы «Контроль интактный», наибольшее увеличение порога болевой чувствительности выявлено у животных, получивших однократно после введения резерпина амитриптилин. В дальнейшем, курсовое введение всех изученных антидепрессантов сопровождалось повышением порога болевой чувствительности по сравнению с результатами, полученными при их однократном введении. Имипрамин, амитриптилин, пароксетин, флуоксетин и, в меньшей степени, сертралин и венлафаксин вызывали статистически значимое увеличение порога ноцицептивной реакции у животных по сравнению с показателями группы «Контроль + депрессия», что может быть результатом взаимного потенцирования или суммирования анальгетического эффекта антидепрессантов и резерпина.

У крыс группы «Контроль + депрессия», а также у получавших адепрофен порог болевой чувствительности снижался при повторении теста в конце исследования, статистически значимых различий порога вокализации у животных этих групп в сравнении с показателем интактного контроля на данном этапе исследования не выявлено. Данные результаты свидетельствуют о том, что адепрофен, в отличие от антидепрессантов препаратов сравнения, не усиливал анальгетический эффект резерпина.

Таким образом, оценка общесоматического статуса животных с депрессивноподобным состоянием, вызванным введением резерпина, показала, что адепрофен не влияет на выраженность нейролептического эффекта резерпина (вялость, заторможенность, снижение уровня реагирования на внешние раздражители), но уменьшает при этом выраженность побочных эффектов резерпина - препятствует развитию симптоматики лекарственного паркинсонизма (уменьшает выраженность тремора и ригидности мышц в виде «симптома горбатости», на фоне его применения у животных не отмечено развития дискинезии и каталепсии). Эти эффекты адепрофена противоположны действию всех изученных антидепрессантов препаратов сравнения, которые оказывали выраженное потенцирующее влияние как на собственно нейролептический эффект резерпина, так и на его побочное действие в виде лекарственного паркинсонизма. Разнонаправленное влияние адепрофена и изученных антидепрессантов на действие резерпина позволяет предполагать наличие у них разных механизмов действия.

Пример 2. Оценка влияния адепрофена и препаратов сравнения на эмоциональный статус животных, подвергшихся введению резерпина.

Тест принудительного неизбегаемого плавания по Порсольту. Установка для выполнения теста - цилиндр из прозрачного акрилового пластика (оргстекла) диаметром 20 см, высотой 45 см. Классический вариант теста осуществляется в 2 этапа. На I-м этапе интактные животные подвергаются стрессированию без введения исследуемых соединений. Крыс на 15 мин помещают в емкость, заполненную водой (с температурой 17-19°C) до такого уровня, чтобы животные не могли опираться задними лапами и хвостом о дно. II-ой этап - через 24 ч начинается с введения исследуемых веществ с учетом пика их действия, затем животных вновь помещают в емкость с водой при тех же условиях, что и в первый день, регистрируя в течении 300 с показатели депрессивного поведения. При моделировании депрессивных состояний «выученная беспомощность» и «резерпиновая депрессия» I этап - стрессирование животных - не выполняется. Показатели депрессивного поведения регистрируемые в данном тесте: латентный период иммобилизации (скорость развития депрессивного состояния); время нахождения крысы в состоянии иммобилизации (животное пассивно плавает в воде со слегка поднятой головой) - поведенческий коррелят отчаяния, одного из патогномоничных проявлений депрессии, и продолжительность пассивного плавания (животное дрейфует слегка перебирая одной-двумя конечностями) - характеризуют отказ от попыток избежать аверсивной ситуации; продолжительность активного плавания (животное активно двигает всеми четырьмя конечностями) и количество прыжков из воды (животное совершает рывок всем телом, пытаясь выбраться из воды) - характеризуют активное поведение избегания аверсивной ситуации.

Увеличение латентного периода иммобилизации, снижение ее длительности, уменьшение продолжительности пассивного плавания, увеличение продолжительности активного плавания и количества прыжков под влиянием исследуемых соединений по сравнению с контрольной группой расценивается как наличие у них антидепрессивного эффекта.

Тест потребления/предпочтения раствора сахарозы (П/ПС). Тест альтернативного выбора сахароза/вода принят для оценки поведения переживания удовольствия у животных. Потребление животными сладкого 20% раствора сахарозы является гедоническим показателем, широко используемым для оценки чувствительности животных к подкреплению, вызывающему чувство удовольствия. Для выполнения теста животных на 1 ч помещают по одному в клетки (после предварительной 8-часовой водной и пищевой депривации), в которых в условиях свободного выбора им предъявляют две поилки: одну с сахарозой (20% раствор), другую с обычной водой. Потребление сахарозы и воды определяют, как разницу в массе поилок (г) до и после тестирования. Вычисляют также коэффициент потребления сахарозы в г/100 г массы тела животного по формуле: фактическое потребление сахарозы (г) × 100 (г) / фактическая масса животного (г). Помимо этого, оценивают предпочтение сахарозы (ПС) в % к общему потреблению жидкости по формуле: ПС = (потребление сахарозы, г / суммарное потребление жидкости (сахароза + вода), г) × 100%.

Сниженное потребление сахарозы свидетельствует о появлении признаков ангедонии, которая является надежным показателем депрессивного состояния животных. Уменьшение общего потребления жидкости расценивается как результат подавления одной из жизненно важных мотиваций. Типичным эффектом антидепрессантов при моделировании депрессии на животных является увеличение потребления и предпочтения сахарозы, а также сохранение мотивации утоления жажды.

Тест «Открытое поле» (ОП). Методика открытого поля используется для изучения влияния вещества на показатели спонтанного индивидуального поведения животных (двигательную, ориентировочно-исследовательскую активность и эмоциональный статус), позволяет выявить седативные и анксиолитические свойства.

Эксперимент проводится в круглой арене диаметром 97 см, с высотой стенок 42 см. Пол камеры разделен черной краской на 25 равных квадратов размером 5×5 см с выделением центральной зоны поля. Пол камеры оснащен 16 отверстиями диаметром 2 см. Камера освещается лампой мощностью 90 Лк, расположенной над центром поля на высоте 150 см. Крысу помещают в центр камеры хвостом к экспериментатору и наблюдают за ее поведением в течение 3 мин. В тесте регистрируются: латентный период выхода из центра поля, число пересеченных квадратов на периферии, число пересеченных ярко-освещенных квадратов, количество вертикальных стоек - пристеночных и свободных, количество заглядываний в отверстия, количество уринаций и дефекаций, число актов кратковременного (до 3 с) груминга. Латентный период выхода из центра поля (время от момента помещения животного в установку для проведения теста до выхода его из центральной зоны поля, с) является показателем скорости ориентировочных реакций, количество пересеченных квадратов характеризует спонтанную двигательную активность животных, сумма стоек и заглядываний в отверстия - суммарную ориентировочно-исследовательскую активность. Пристеночные стойки являются показателем тревожного поведения, настороженности, свободные стойки характеризуют спокойное исследовательское поведение, чем меньше животные совершают пристеночных стоек и больше свободных, тем ниже у них уровень тревожности. Число посещений центральной ярко освещенной зоны (аверсивной для норных грызунов) также свидетельствует об уровне тревожности животного (чем меньше тревожность - тем их больше и, наоборот). Поведение животного при умывании и чистке (груминг) отражает степень его эмоционального напряжения: частый кратковременный (до 3 с) - тревожное состояние, редкий и продолжительный - состояние комфорта. Вегетативные показатели стресса (число болюсов дефекации и уринации), также характеризуют эмоциональное напряжение животных. Уменьшение числа пристеночных стоек, актов кратковременного груминга, числа болюсов дефекации и уринации в сочетании с увеличением количества свободных стоек, посещений центра поля под действием испытуемых веществ свидетельствует об их анксиолитической активности.

Тест «Приподнятый крестообразный лабиринт» (ПКЛ). Методика приподнятого крестообразного лабиринта используется для изучения влияния вещества на выраженность эмоциональной реакции страха и тревоги у испытуемых животных, и выявления анксиолитической активности. Она основана на предпочтении грызунами темных нор, естественного страха нахождения на открытых площадках и падения с высоты.

Эксперимент проводится в установке (лабиринте) из неламинированного поливинилхлорида серого цвета, состоящей из центральной площадки размером 14×14 см, от которой крестообразно расходятся под прямым углом четыре рукава размерами 50×14 см каждый. Два противоположных рукава - открытые с высотой борта 1 см, и два - закрытые, темные, ограниченные по бокам бортами высотой 30 см. Лабиринт устанавливается на крестовину алюминиевой тележки высотой 55 см, шириной 100 см. Тестируемое животное помещают на центральную площадку лабиринта головой к открытому рукаву и в течение 3 мин ведут наблюдение за ним. В тесте регистрируются: время пребывания животных на центральной площадке, в открытых и закрытых рукавах, количество стоек в закрытых и открытых рукавах, число свешиваний с открытых рукавов и количество заходов в центральную зону, открытые и закрытые рукава. Пересечение крысой границ какого-либо отсека задними лапами, определялось как заход животного в отсек лабиринта. Увеличение времени нахождения в светлых рукавах, числа заходов в них, вертикальных стоек в открытых рукавах и свешиваний с них свидетельствует о наличии анксиолитического эффекта у исследуемого вещества. Продолжительность пребывания на центральной площадке позволяет оценить скорость принятия решения животным. Общая двигательная активность оценивается по общему числу заходов в открытые, закрытые рукава и центр лабиринта.

Тест определения порога спровоцированной немотивированной агрессии. Оценку выраженности агрессивного поведения крыс проводят в паре животных, формируемой случайным образом. Крыс парами высаживают на электродный пол стандартной камеры из плексигласа размером 27,5×27,5×40 см, на который с помощью стимулятора подается напряжение, постепенно увеличивающейся амплитуды, начиная с 20 В. Раздражение подается периодами по 3 с, разделенными паузами в 1 с. Если после трех предъявлений стимула одной интенсивности агрессивные реакции не возникают, напряжение увеличивается на 1 В и продолжается стимуляция до возникновения агрессии в ответ не менее, чем на три импульса одной силы. Это напряжение считается пороговым. Регистрация напряжения тока, спровоцировавшего драку в паре животных, является объективным критерием, отражающим порог спровоцированной агрессии. Агрессивной реакцией считают такое поведение крыс, при котором они обе встают на задние лапы мордами друг к другу и стараются нанести удары передними и задними конечностями и укусить друг друга. Для веществ с анксиолитическим и антидепрессивным действием характерно повышение порога агрессивности - антиагрессивное действие.

Результаты оценки эмоционального статуса у животных с «резерпиновой депрессией».

В тесте принудительного неизбегаемого плавания по Порсолту у животных группы «Контроль + депрессия» отмечалось статистически значимое изменение показателей, характеризующих выраженность депрессивноподобного поведения (табл. 4): уменьшение латентного периода (ЛП) иммобилизации и увеличение ее продолжительности, которые сохранялись на протяжении всего исследования, что говорит о развитии стойкого депрессивного состояния у животных, подвергшихся введению резерпина. Введение адепрофена и всех изученных антидепрессантов сопровождалось статистически значимым увеличением ЛП иммобилизации (снижением скорости развития депрессивного состояния) и уменьшением ее длительности (подавлением состояния отчаяния), что указывает на наличие у них антидепрессивного действия.

Помимо перечисленного, у животных группы «Контроль + депрессия» в тесте Порсолта статистически значимо по сравнению с интактным контролем снижались показатели активного поведения избегания аверсивной ситуации - количество прыжков и время активного плавания, что также характеризует наличие у них стойкого депрессивного состояния (табл. 5). У крыс всех опытных групп, получавших все препараты сравнения, указанные показатели статистически значимо увеличивались после однократного введения веществ, что также указывает на наличие у них антидепрессивного действия. По окончании курсового лечебного введения всех использованных препаратов сравнения время активного плавания и количество прыжков у животных уменьшались как по сравнению с интактным контролем, так и по сравнению с группой «Контроль + депрессия», на фоне общего снижения локомоторной активности, связанного с развитием лекарственного паркинсонизма. У животных, которым водили адепрофен, наблюдалось статистически значимое увеличение данных показателей преимущественно на фоне однократного применения. После курсового применения адепрофена значения данных показателей были сопоставимы с аналогичными показателями интактного контроля.

При повторном выполнении теста через 7 дней после введения резерпина выраженность депрессивного состояния у крыс группы «Контроль + депрессия» уменьшалась, что может быть следствием уменьшения эффекта резерпина в связи с его элиминацией. Необходимо отметить, что при выполнении теста по окончании курсового введения препаратов сравнения проявилась тенденция к снижению выраженности антидепрессивного эффекта, которая в наибольшей степени проявилась у флуоксетина, амитриптилина, имипрамина и сертралина, в меньшей степени - у венлафаксина, пароксетина. Снижение эффективности препаратов сравнения в тесте Порсолта после их курсового применения коррелировала с выраженностью лекарственного паркинсонизма у животных. Поскольку изучаемое вещество не потенцировало нейролептический эффект резерпина, уменьшение антидепрессивного действия адепрофена после его курсового применения может быть вязано с тем, что на этапе тестирования по окончании экспериментальной серии снижалась выраженность резерпиновой депрессии.

У животных группы «Контроль + депрессия» статистически значимо по сравнению с интактным контролем уменьшался коэффициент потребления и процент предпочтения сахарозы, что является результатом подавления подобия гедонистической мотивации у животных и свидетельствует о развитии депрессивноподобного состояния (табл. 6). Лечебное введение адепрофена и всех препаратов сравнения в начале курса (3 день введения) приводило к статистически значимому увеличению у животных потребления сахарозы и ее предпочтения воде, что говорит о подавлении ангедония-подобного состояния, вызванного депрессией и наличии у веществ антидепрессивного действия. После курсового 7-дневного введения всех препаратов сравнения данный эффект нивелировался, а у препаратов флуоксетин, пароксетин, сертралин и амитриптилин показатели потребления и предпочтения сахарозы были статистически значимо меньшими, чем в группе «Контроль + депрессия», что коррелирует с выраженностью нейролептического синдрома на фоне их введения, который сопровождается подавлением мотиваций, в том числе, подобной гедонической. У крыс, получавших адепрофен, показатели потребления и предпочтения сахарозы оставались большими, чем в группе «Контроль + депрессия» на протяжении всего курса терапии, однако при последнем тестировании статистической значимости различий не выявлено.

Таким образом, в тестах, характеризующих выраженность депрессии у животных, изучаемое вещество и все препараты сравнения проявили антидепрессивное действие. По выраженности данного эффекта адепрофен был сопоставим с сертралином и флуоксетином, но уступал венлафаксину, имипрамину, амитриптилину и, в меньшей степени пароксетину. Важно отметить, что на данной модели депрессии антидепрессивное действие всех использованных антидепрессантов препаратов сравнения нивелировалось к окончанию их курсового применения в связи с потенцированием нейролептического эффекта резерпина и развитием у животных нейролептического синдрома. Изучаемое вещество не оказывало потенцирующего влияния на нейролептический эффект резерпина, что указывает на отличие механизмов действия данного вещества и препаратов сравнения.

В «открытом поле» у животных группы «Контроль + депрессия» при первом тестировании отмечалось статистически значимое снижение локомоторной и исследовательской активности по сравнению с интактным контролем (табл. 7). При повторном тестировании через 7 дней после введения резерпина различия данных показателей у животных группы «Контроль + депрессия» и интактного контроля переставали быть статистически значимыми, что указывает на компенсацию состояния животных в связи с элиминацией резерпина. Однократное введение имипрамина и пароксетина приводило к статистически значимому увеличению двигательной и ориентировочно-исследовательской активности у животных, что указывает на наличие у них активирующего действия. Амитриптилин после однократного ведения, напротив, статистически значимо уменьшал эти показатели, то есть оказывал седативное действие. Флуоксетин, сертралин и венлафаксин не влияли на двигательную и исследовательскую активность животных. После курсового введения всех препаратов сравнения в связи с развитием нейролептического синдрома у животных всех опытных групп статистически значимо уменьшались локомоторная и исследовательская активность. В наибольшей степени этот эффект был выражен у флуоксетина, пароксетина, сертралина, имипрамина и амитриптилина, в меньшей степени - у венлафаксина. Адепрофен не оказывал влияния на двигательную активность животных, при однократном введении статистически значимо увеличивал исследовательскую активность, однако после курсового введения вещества исследовательская активность у животных снижалась и была статистически значимо ниже, чем у группы «Контроль + депрессия». В данном тесте изучаемое вещество не проявило отчетливого активирующего или седативного эффектов.

Помимо снижения локомоторной и исследовательской активности у животных группы «Контроль + депрессия» в открытом поле отмечалось увеличение тревожности: уменьшение количества заходов в центр и увеличение количества пристеночных стоек и актов кратковременного (менее 3 с) груминга, характеризующих настороженность и тревогу (табл. 8 и 9). Пароксетин при однократном введении статистически значимо увеличивал у животных число заходов в центральную зону поля - подавлял страх перед открытым ярко освещенным пространством и оказывал, таким образом, противотревожное действие. Кроме того, пароксетин, а также, в меньшей степени, флуоксетин, сертралин, венлафаксин и адепрофен после однократного введения статистически значимо уменьшали число пристеночных стоек и актов кратковременного груминга у животных, то есть оказывали анксиолитическое действие. После курсового введения всех препаратов сравнения на фоне потенцировании нейролептического эффекта резерпина отмечалось снижение у животных как числа пристеночных стоек и актов кратковременного груминга, так и заходов в центр. На фоне курсового введения адепрофена данные показатели также снижались, однако, в меньшей степени. Такой вегетативный коррелят тревожности как количество фекальных болюсов статистически значимо изменялся лишь на фоне однократного введения адепрофена, пароксетина и флуоксетина - отмечалось снижение данного показателя, что подтверждает наличие анксиолитических свойств у данных соединений.

На фоне введения резерпина у животных группы «Контроль + депрессия» не отмечалось статистически значимых изменений показателей тревожности в «приподнятом крестообразном лабиринте», за исключением увеличения времени пребывания в открытых рукавах (табл. 10). В данном тесте поведенческая активность животных, которым вводили антидепрессанты препараты сравнения, значительно снижалась к окончанию курса введения. При посадке животных этих групп в центр установки на 7-й день введения (мордочкой к открытому рукаву, как того требуют правила выполнения теста) в результате экстрапирамидных нарушений, являющихся следствием развития нейролептического синдрома, крысы совершали ретро- или пропульсивные движения (несколько шагов либо назад, либо вперед) и попадали в открытые рукава, после чего в процессе наблюдения на фоне низкой локомоторной активности они редко посещали другие отсеки установки. Данный эффект у адепрофена не отмечался. Адепрофен не оказывал статистически значимого влияния на показатели тревожного поведения в ПКЛ по сравнению с группой «Контроль + депрессия».

Введение животным резерпина - группа «Контроль + депрессия» - сопровождалось статистически значимым повышением порога агрессивной реакции в тесте немотивированной агрессии, спровоцированной электроболевым раздражением (табл. 11). У животных, получавших лечебный курс всех препаратов сравнения как после однократного, так и в большей степени после курсового введения порог агрессии увеличивался как по сравнению с группой «Контроль + депрессия», так и по сравнению с интактным контролем. Наиболее выраженное снижение агрессивности отмечалось у животных, получавших лечебный курс имипрамина, пароксетина, флуоксетина и амитриптилина, в меньшей степени, у животных получавших сертралин и венлафаксин. Адепрофен не влиял на порог агрессии у животных по сравнению с группой «Контроль + депрессия».

Пример 3. Оценка влияния соединения адепрофена и препаратов сравнения на выраженность когнитивных нарушений у животных, подвергшихся введению резерпина.

Тест «Условная реакция пассивного избегания» (УРПИ). Обучение животных проводится в установке, состоящей из двух смежных отсеков, один из которых размером 60×40×40 см, открыт сверху и ярко освещен (90 Лк). Другая камера с электрифицированным полом меньшего размера (15×15×15 см), затемненная, закрытая со всех сторон и имеет отверстие (8×8 см) для сообщения с большим отсеком. Эксперимент выполняется в два этапа: на первом этапе осуществляется выработка у животных условного рефлекса пассивного избегания, на втором этапе через 24 ч определяется сохранность памятного следа.

Во время обучения тестируемое животное помещается на середину площадки освещенного отсека, хвостом к отверстию в темный отсек. В течение 3 мин за животным ведется визуальное наблюдение. После каждого захода в темный отсек животному наносится электроболевое раздражение (40 В, 3 импульса по 1 с, с интервалом 0,5 с). Животных, не заходящих в темную камеру за это время, из опыта исключали. На этапе обучения животных регистрируются следующие показатели: время от момента помещения животного в середину площадки до первого захода в темный отсек (латентный период первого захода) и количество заходов в него.

Определение сохранности памятного следа выполняется таким же образом, как на первом этапе выработки условного рефлекса пассивного избегания: в течение 3 мин ведется визуальное наблюдение за обученным животным, помещенным в установку теста, однако в случае захода его в темный отсек электроболевую стимуляцию не выполняют. В эксперименте сравнивается латентный период первого захода животных в темный отсек и количество заходов в него при воспроизведении памятного следа с аналогичными показателями при обучении. Увеличение латентного периода первого захода в темный отсек, уменьшение числа заходов в него, а также уменьшение общего времени нахождения в темном отсеке, регистрируемого при воспроизведениях навыка, указывают на обученность животного и сохранность в памяти информации об аверсивности темного отсека.

Тест «Экстраполяционного избавления» (ТЭИ). Обучение животных проводится в цилиндрической пластиковой емкости (диаметр 35 см, высота 45 см), снабженной съемным внутренним цилиндром из прозрачного акрилового пластика (диаметр 9 см, высота 23 см), зафиксированным в центре внешней емкости при помощи специальных креплений. Внешняя емкость заполняется водой с температурой 16-18°C до такого уровня, чтобы края внутреннего цилиндра в зафиксированном положении были погружены в нее на 2,5 см. Эксперимент выполняется в два этапа: на первом этапе у животных вырабатывается условный рефлекс избавления от аверсивной среды, на втором этапе через 24 ч осуществляется проверка сохранности навыка экстраполяционного избавления.

Во время обучения тестируемое животное помещается во внутренний цилиндр под колпак. В течение 3 мин за ним ведется визуальное наблюдение. Животные подныривают под края колпака и избавляются, таким образом, от аверсивной водной среды. Не решившие задачу животные из опыта исключаются. На этапе обучения животных регистрируются следующие показатели: время от момента погружения животного в воду до начала активного плавания (латентный период (ЛП) двигательной активности), время иммобилизации (животное пассивно плавает в воде со слегка поднятой головой, все четыре конечности неподвижны), количество прыжков в колпаке (активные попытки выпрыгнуть из воды) и время от момента погружения животного в воду до подныривания под края колпака (латентный период подныривания).

Эксперимент воспроизведения навыка экстраполяционного избавления у животных выполняется следующим образом: обученное животное помещается в воду под колпак. В течение 3 мин за ним ведется визуальное наблюдение. При оценке когнитивных функций регистрируют наиболее значимые показатели: латентный период двигательной активности (характеристика скорости ориентировочных реакций); латентный период подныривания (показатель способности к экстраполяции, чем меньше значение показателя, тем выше скорость решения экстраполяционной задачи). В эксперименте сравниваются показатели, определяющие степень обученности животного и состояние памяти: латентный период подныривания животного при обучении и воспроизведении навыка экстраполяционного избавления (чем значительнее он уменьшается при воспроизведении навыка, тем больше обученность животного и сохраннее памятный след).

Результаты оценки когнитивных функций у животных с «резерпиновой депрессией».

В тестах для оценки когнитивных функций животных - УРПИ и ТЭИ у крыс группы «Контроль + депрессия» отмечалось нарушение выработки и воспроизведения условных рефлексов избегания аверсивных факторов: статистически значимое уменьшение ЛП первого захода в темный отсек в тесте УРПИ и увеличение ЛП подныривания в ТЭИ при воспроизведениях рефлексов, что свидетельствует о развитии когнитивного дефицита (табл. 12 и 13). Лечебное введение всех изученных препаратов сравнения увеличивало выраженность когнитивных нарушений у животных. Необходимо отметить, что на фоне резерпиновой депрессии у животных всех опытных групп, получавших препараты сравнения, в большей степени на фоне курсового введения, была подавлена мотивация посещения темного комфортного для них отсека. При этом адепрофен не оказывало статистически значимого влияния на показатели тестов УРПИ и ТЭИ по сравнению с группой «Контроль + депрессия».

Пример 4. Оценка влияния адепрофена и препаратов сравнения на выраженность вегетативных нарушений у животных, подвергшихся введению резерпина.

Оценка вегетативных нарушений проводится визуально с использованием балльной шкалы регистрации выраженности птоза и балльной шкалы регистрации выраженности саливации:

1. Птоз регистрируется в баллах по величине глазной щели: 4 балла - полное закрытие глаз, 3 балла - щель до 1 мм, 2 балла - щель до 2 мм, 1 балл - щель до 3 мм, 0 баллов - глаза полностью открыты.

2. Саливацию оценивается в баллах по размеру мокрого пятна на шее: 3 балла - до 2 см, 2 балла - до 1 см, 1 балл - до 0,5 см, 0 - отсутствие эффекта.

3. Регистрируется наличие/отсутствие диареи, повышенного мочевыделения.

Результаты оценки вегетативных нарушений у животных с «резерпиновой депрессией».

Введение резерпина сопровождалось развитием у животных выраженных вегетативных нарушений в виде блефароптоза, диареи и усиленного мочеиспускания, которые регистрировались уже через 24 ч после введения. Саливации у животных всех опытных групп на протяжении всего исследования отмечено не было.

Диарея и усиленное мочеиспускание у животных всех групп, получивших резерпин, регистрировались в течение 3-4 дней после его введения. При утреннем осмотре животных и оценке общесоматического статуса подстилка в клетках животных, которым ввели резерпин, была мокрой, на ней отмечалось большое количество неоформленных фекальных масс разжиженной консистенции. При хэндлинге и взвешивании данные крысы демонстрировали частые и обильные уринации. У интактных контрольных крыс такого рода явлений не отмечалось, подстилка в их клетке оставалась умеренно влажной с умеренным количеством оформленных фекальных болюсов. Явления диареи и усиленного мочевыделения регрессировали, начиная с 3-4 дня исследования у животных всех групп, которым ввели резерпин, на 7 день после ведения резерпина данные симптомы отсутствовали практически у всех животных.

Развитие блефароптоза является одним из наиболее наглядных, визуально регистрируемых эффектов резерпина при введении крысам. Выраженность данного симптома у животных всех групп, подвергшихся введению резерпина, в первые дни исследования была практически равной, но в дальнейшем, курсовое введение всех изученных антидепрессантов сопровождалось повышением степени проявления птоза (табл. 14). Так, в конце исследования у животных, получавших пароксетин, амитриптилин и, в большей степени, имипрамин и флуоксетин выраженность птоза была статистически значимо большей, чем у контрольных крыс группы «Контроль + депрессия». У животных группы «Контроль + депрессия», а также группы, получавшей адепрофен, данный симптом проявлялся в равной степени как в начале, так и в конце исследования, причем к концу исследования отмечалась тенденция к регрессии данного симптома у животных указанных групп.

Эти результаты свидетельствуют о том, что адепрофен не оказывал влияния на вегетативные нарушения, обусловленные действием резерпина.

Таким образом, на модели резерпиновой депрессии в тестах, характе ризующих выраженность депрессивноподобного состояния у животных, адепрофен и все препараты сравнения проявили антидепрессивное действие. По выраженности антидепрессивного эффекта адепрофен был сопоставим с флуоксетином и сертралином, проявившими равный эффект, но уступал амитриптилину и, в большей степени, имипрамину, пароксетину и венлафаксину.

Кроме того, на данной модели депрессивноподобного состояния у животных адепрофен уменьшал проявления тревожности у животных в «открытом поле» - проявлял анксиолитические свойства.

Курсовое лечебное введение антидепрессантов крысам, получившим резерпин, сопровождалось нарастанием выраженности побочных эффектов резерпина в виде лекарственного паркинсонизма, вегетативных и когнитивных нарушений, что характеризует наличие лекарственного взаимодействия между данными препаратами. Известно, что резерпин подвергается биотрансформации в печени с образованием неактивных метаболитов. Выведение резерпина имеет 2 фазы: начальная фаза составляет 4,5 ч, терминальная 271 ч (11 суток). В течение 4 суток 60% резерпина выводится с фекалиями, в основном в неизмененном виде, и 8% - почками (менее 1% в неизмененном виде). Продолжительность присутствия резерпина в организме может составлять от 1 до 6 недель. Один из наиболее важных механизмов фармакокинетического взаимодействия антидепрессантов и нейролептиков связан со способностью некоторых из них блокировать активность микросомальных ферментов печени (система цитохрома Р450), результатом чего может быть замедление их биотрансформации и повышение концентрации в плазме крови при совместном применении. Такое взаимодействие способно приводить к повышению концентрации препаратов в крови до токсической и, как следствие, к появлению токсических реакций. Наибольшей способностью ингибировать микросомальные ферменты печени обладают селективные ингибиторы обратного захвата серотонина, причем наиболее мощными ингибиторами являются пароксетин и флуоксетин, менее выраженный эффект вызывает венлафаксин, наименьший - сертралин и циталопрам.

Процессы фармакодинамического взаимодействия антидепрессантов и нейролептиков изучены значительно меньше, чем фармакокинетического. Большинство авторов останавливается на том, что совместное применение антидепрессантов и нейролептиков сопровождается взаимным потенцированием эффектов данных групп препаратов, в том числе побочных. В литературе имеется много сообщений о развитии серьезных осложнений при одновременном назначении селективных ингибиторов обратного захвата серотонина и нейролептиков. Так, при добавлении флуоксетина к таким нейролептикам, как флуфеназин и галоперидол, описаны случаи тяжелых экстрапирамидных реакций (дистония, дискинезия, паркинсонизм, акатизия), злокачественного нейролептического синдрома. Однако, необходимо учитывать, что клинические проявления лекарственного взаимодействия антидепрессантов и нейролептиков характеризуются высокой индивидуальной вариабельностью и зависят от многих факторов: индивидуальной чувствительности к препаратам, возраста и сопутствующей патологии.

Выявленные нарушения общего состояния у животных, в том числе вялость, заторможенность, снижение болевой чувствительности, экстрапирамидные нарушения в виде лекарственного паркинсонизма, когнитивные и вегетативные нарушения, диспепсия встречаются в качестве побочных явлений при применении как симпатолитика/нейролептика резерпина, так и всех использованных в работе антидепрессантов. Полученные в настоящем исследовании результаты, демонстрирующие развитие выраженных побочных явлений при совместном назначении резерпина и антидепрессантов можно рассматривать как результат их фармакокинетического (угнетение антидепрессантами биотрансформации резерпина в печени), так и фармакодинамического (взаимное потенцирование эффектов, в том числе побочных) взаимодействия.

Результаты настоящего исследования показывают, что 9-[2-(4-изопропилфенокси)этил]аденин (адепрофен) не влияет на выраженность нейролептического эффекта резерпина (вялость, заторможенность, снижение уровня реагирования на внешние раздражители), но уменьшает при этом выраженность побочных эффектов резерпина - препятствует развитию симптоматики лекарственного паркинсонизма (уменьшает выраженность тремора и ригидности мышц в виде «симптома горбатости», на фоне его применения у животных не отмечено развития дискинезии и каталепсии), не влияет на выраженность когнитивных и вегетативных нарушений. Эти эффекты адепрофена противоположны действию всех изученных антидепрессантов препаратов сравнения, которые оказывали выраженное потенцирующее влияние как на собственно нейролептический эффект резерпина, так и на его побочное действие в виде лекарственного паркинсонизма, когнитивных и вегетативных нарушений. Разнонаправленное влияние адепрофена и изученных антидепрессантов на действие резерпина позволяет предполагать наличие у них разных механизмов действия.

Можно предположить, что отсутствие потенцирующего влияния на нейролептический эффект резерпина у адепрофена обусловлено отсутствием угнетающего влияния на печеночный метаболизм, что позволяет рассматривать данное соединение в качестве средства, допустимого к применению у пациентов с заболеваниями печени, возможно, с печеночной недостаточностью, тогда как большинство других антидепрессантов в этих случаях имеет ограничения к применению и противопоказания.

Claims (3)

1. Применение антидепрессантного средства, представляющего собой 9-[2-(4-изопропилфенокси)этил]аденин формулы
2. 
3. для коррекции нежелательных побочных эффектов нейролептиков на примере резерпина, которое при сочетанном применении с резерпином не подавляет нейролептический эффект последнего и не усиливает его побочные эффекты в виде лекарственного паркинсонизма и когнитивных нарушений, сохраняя в данной комбинации собственный выраженный антидепрессивный эффект.