Начальник думает, что еще можно сделать, чтобы кто-нибудь из взрослых ответил на звонок. "Есть еще кто-нибудь?" — спрашивает он.
"Да", — шепчет София, "Полицейский".
"Можно поговорить с полицейским?" — спрашивает начальник.
"Нет, он занят", — говорит София.
"Чем он занят?" — спрашивает начальник.
"Он разговаривает с мамой, папой и пожарным", — шепчет София в телефон.

Начальник весь на нервах. Внезапно он слышит громкий шум в трубке.
"Что это за шум?" — спрашивает он.
"Вертолет", — шепчет София.
"Что происходит у тебя дома?" — спрашивает обеспокоенный начальник.

"Вертолет обыскивает окрестности", — говорит София.
"А что именно он ищет?" — спрашивает начальник, совсем потерявший равновесие.

София тихо смеется и шепчет:
"Меня!"

(старая байка с интернетов)

На лесной тропе, в паре километров от посёлка, была у меня своя оборудованная засидка, откуда открывался неплохой обзор. Кое-кто из мужиков хотел составить мне компанию, но в этот раз я решил пойти один. Хотелось побыть наедине с собой, развеяться. Да и на засидке, как ни крути, лучше высиживать одному - меньше звуков и что ещё важнее, меньше запахов. Зверь может видеть так себе, но вот нюх у них всех, как правило, отменный.

Добрался до своей назамысловатой засидки - поперечные перекладины, чтобы забраться и настил на высоте трех метров над землёй. Далее была звериная тропа, развилка и небольшой овраг. Обзор хороший и запахи по земле меньше расходятся. Козёл здесь бывает часто, поэтому я зарядил свой карабин и приготовился ждать. В своих мыслях, я коротал время, тянулись часы но зверь не шёл. Из-за того, что всё вокруг было успыпано желтой осенней листвой, заметить рыжую шкуру козла среди кустарника и деревьев, было той ещё задачей. Особенно, учитывая что солнце начало клониться к вечеру.

Не слезая с дерева, перекусил бутербродами, запил чаем из термоса. Решил, что выжду ещё час и если зверь не появится, начну собираться домой. Видимо, сегодня придётся возвращаться без добычи. Тем более, уже начало смеркаться.

Сперва я его услышал. Тихий, едва заметный, вкрадчивый шорох опавшей листвы. Может птица? Повернувшись на звук, начал вглядываться в деревья. И вот, среди осенней листвы, промелькнул рыжий мех. Козёл! Да какой здоровый! Понимаю, что ещё секунда-другая и зверь уйдёт за деревья и достать его станет намного сложнее. Поднимаю карабин, припадаю к прицелу. Нахожу в перекрестье рыжий меховой бок и жму на спусковой крючок. Выстрел! А следом, оглушительный рёв. Такой, что содрогнулись деревья. Не может быть! Неужели тигр? Понимаю, что если я его только подранил, то мне каюк. Раненый зверь и меня порвёт на куски, а потом пойдёт в посёлок, сеять смерть всему, до чего доберётся.

Сижу, дрожу от страха, вслушиваясь в любой звук. Но вокруг стоит зловещая тишина. А между тем, наступают сумерки. Ночью шансов выжить супротив тигра ещё меньше, чем днём. Но и перспектива всю ночь просидеть на дереве тоже, не улыбается. Медленно и осторожно, одной рукой придерживая карабин, спускаюсь с дерева. Жду нападения в любой момент. Сердце бьётся так, что сейчас выпрыгнет из груди. Очень страшно. Но ничего не происходит.

Стараясь не шуметь, иду дальше по тропе. За деревом тропа резко поворачивает и за кустами я вижу лежащую поперёк тушу тигра. Без признаков жизни. Подходить к нему я, разумеется, не хочу. Надо лишь проверить, наглухо я его положил или только ранил. Бока зверя неподвижны, он не дышит. Но это ни о чём не говорит. Поднимаю с земли сухую ветку и не сводя глаз с ушей хищника, с громким треском ломаю её в руках. Если ухо хоть немного дёрнется - значит жив зверь. Но уши остаются неподвижны. Беру ещё одну. Ломаю. Никакой реакции. Понимаю, что зверь мёртв. Одновременно с этим понимаю, что мне конец. За охоту на краснокнижного хищника - мне статья, огромный штраф и срок. Как-же меня дурака так угораздило и что делать? Подхожу к звериной туше. Здоровый, гад. Вот что с ним теперь делать?

Быстро, как только могу, возвращаюсь к посёлок. Сразу к мужикам. Рассказываю им что произошло. Те говорят: не сцы, Петька. Решим. Берём мощные фонари, ножи, топорик, лопаты и уже в ночи, возвращаемся на место. Находим убитого тигра. Мужики выкапывают две ямы, снимают с тигра шкуру. В одну яму бросают тушу зверя, а во вторую яму шкуру (на этом моменте, я не вполне понял смысла этой процедуры, не проще ли было закопать зверя вместе со шкурой?) и всё это закапывают. Сверху набрасывают листьев. Как будто ничего и не было. Возвращаемся с мужиками в посёлок, я им накрываю стол, ставлю водку, пьём. Договариваемся никому не говорить о случившемся. А ночью ещё пошёл проливной дождь, смывший все следы. В общем, всё сложилось относительно удачно.

Спустя три дня, я возвращался с охоты и повстречались мне местные. Охотники из народности нанайцев, с ружьями. Один из них, подозвал меня. Предложил постоять, покурить и потолковать. Ну я согласился, стоим, курим. Тут он меня спрашивает:

-А что ты, Петя, на охоту ли ходил несколько дней назад?

-Ну ходил, - отвечаю, - тебе то какое дело?

-Стрелял, Петя?

-Ну допустим, стрелял.

-И в кого-же ты Петя, стрелял? - спрашивает он, хитро прищурив глаза.

-Да так, козла подстрелил, - отвечаю. А сам понимаю, что хитрый абориген что-то подозревает. Уж очень смотрит на меня лукаво.

-Врешь, Петя! Признайся, ты ведь амбу убил?

-Да пошёл ты к чёрту! - отвечаю, затушив сигарету. И развернувшись, хочу уйти. Но нанаец кладёт мне руку на плечо и говорит:

-Зря ты, Петя, это сделал. Теперь тебя духи леса накажут. Нельзя амбу убивать!

С того случая прошло около года. Прошла зима, весна. Наступило лето. Приметил я накануне перспективное место, где можно разжиться диким мёдом. Сказал мужикам. Те говорят, иди пока сам, мы позже подтянемся, если что. Ну я взял всё необходимое и пошел собирать мёд. Окурил через дупло дерево, чтобы нейтрализовать пчёл, начал добираться до мёда и слышу, возня какая-то сзади. Поворачиваюсь, а прямо за мной стоит медведица. Здоровенная. А карабин на земле лежит! Ну та заревела и на задние лапы привстала. Пока то, да сё, хватаю карабин. Спешно заряжаю. И тут она делает рывок на меня. Вскидываю оружие, стреляю в неё навскидку раз, другой, третий. Больше сделать не успел. Она меня настигла и ударила лапой в бок. Карабин в одну сторону, я в другую. Далее, она наваливается на меня, подминает. И я лишь ощущаю её горячее дыхание, чувствую, как огнём жжёт бок и по телу струится что-то горячее. Кажется, даже сознания потерял и последней мыслью было что вот мне и конец настал. Потом, будто сквозь вату, слышу какие-то крики, голоса. Затем, внезапно стало легче дышать. Понимаю, что с меня стащили медведицу. Это мужики, прибежали на шум стрельбы. Затем меня погрузили на волокуши и в посёлок, а оттуда в больницу. Крови потерял очень много, а шрам остался на всю жизнь (тут Пётр задрал футболку и продемонстрировал свой бок. На рёбрах были видны побелевшие борозды от огромных когтей, а кожа на боку напоминал один большой шрам). На мне протупея была из толстой кожи. Так вот, она вся в клочья была разорвала, что твоя бумага.

Но медведицу я, как выяснилось, убил выстрелом. Мужики потом рассказали, что одна из пуль аккурат пробила ей сердце. Что не помешало зверю настигнуть меня и почти прикончить. Возможно, это простое совпадение. Но с тех пор прошло немало лет и чем больше я вспоминаю этот случай, тем больше мне кажется, что прав был старый нанаец. И месть амбы настигла меня и едва не убила, даже спустя год.

Вот такая история. Правда это или вымысел я не знаю, но рассказывал он очень складно.

Если история зашла, дайте обратную связь. Подобных охотничьих историй он мне за три дня рассказал достаточно, хватит на несколько постов.